Хелена Берта Амалия Рифеншталь родилась 22 августа 1902 года в Берлине. Отец — владелец фирмы по обслуживанию отопительных систем — хотел, чтобы дочь занялась чем-то практичным. Дочь хотела танцевать. В 1920-е годы она стала одной из самых известных танцовщиц Веймарской Германии, затем — актрисой так называемых «горных фильмов» Арнольда Фанка, где играла бесстрашных альпинисток на фоне альпийских вершин. В 1932 году она дебютировала как режиссёр фильмом «Голубой свет». Критики были благосклонны. Среди зрителей оказался человек, который вскоре изменит историю Европы, — Адольф Гитлер.

Камера на службе идеологии

Гитлер пришёл к власти в январе 1933 года. Рифеншталь получила заказ на документальный фильм о съезде НСДАП в Нюрнберге. Первая попытка, «Победа веры» (1933), была признана неудачной. Вторая — «Триумф воли» (1935) — стала самым известным пропагандистским фильмом в истории. около 170 технических сотрудников, 30 камер, 16 операторов, специально построенные рельсовые дорожки, лифты для вертикальных проездов, камеры на флагштоках. Рифеншталь не просто фиксировала реальность — она её конструировала. Съезд частично планировался с учётом будущих съёмок: архитектура, освещение, перемещения масс — всё было срежиссировано. Результат: документ, в котором невозможно отделить кино от идеологии, потому что они были созданы как единое целое.

«Олимпия» (1938), фильм о Берлинской олимпиаде 1936 года, пошёл ещё дальше в техническом плане. Подводные камеры в бассейне. Ямы, вырытые у беговых дорожек для съёмки с нижнего ракурса. Замедленная съёмка прыжков в воду, превращающая спортсменов в скульптуры. Эти приёмы стали стандартом спортивного кинематографа на десятилетия. И все они впервые были применены в фильме, открывавшемся приветствием Гитлера.

Рифеншталь до конца жизни утверждала: «Я была художником, а не политиком. Меня интересовала красота, а не идеология». Но «Триумф воли» — это не фильм о красоте. Это фильм, в котором красота используется как инструмент власти. И различие между «создавать красоту» и «вооружать красоту» — это именно то различие, которое Рифеншталь отказывалась признать.

Сто лет без приговора

После войны Рифеншталь прошла процесс денацификации. Четыре раза её классифицировали по-разному: от «главной виновной» до «попутчицы». В итоге она была признана «попутчицей» — не соучастницей. Она не была осуждена. Она не сидела в тюрьме. Она утверждала, что ничего не знала о Холокосте, хотя была близким другом Гитлера, неоднократно посещала его резиденции и лично присутствовала при входе вермахта в Польшу в сентябре 1939 года.

Рифеншталь не исчезла. В 1960–70-е она отправилась в Судан, где фотографировала племя нуба — серии фотографий были опубликованы и получили признание. В 1974 году она стала дайвером — в возрасте 72 лет. В 2002 году, в сто лет, выпустила документальный фильм «Подводные впечатления» о коралловых рифах. Она умерла 8 сентября 2003 года в возрасте 101 года.

Вопрос, на который нет ответа

Наследие Рифеншталь — это вопрос без удобного решения. Каждый режиссёр, снимающий спортивные соревнования с нижнего ракурса, использует её приём. Каждый документалист, монтирующий массовые сцены под музыку, идёт по её следу. Техника, которую она изобрела, стала частью языка кино — невидимой, обыденной, повсеместной. Но язык не существует отдельно от того, что на нём было сказано впервые. И то, что было сказано впервые на языке Рифеншталь, — это прославление режима, уничтожившего миллионы. Может ли гений служить злу и оставаться гением? Может. Именно в этом и состоит проблема.